Ода коврам

  Иногда бывает так, что вроде все уже знаешь в книге, ведь она любимая, и вдруг - фрагмент, который просто переворачивает все представления о книги. И как я раньше не замечала такого фрагмента, это же "Ода коврам". Только тот кто любит и понимает ковры мог такое написать. Уже раз была цитата Уходит ли лето?  из этой книги - "Вино из одуванчиков" Рея Бредбери, одна из самых любимы, так же как и писатель. Уж простите, но приведу текст полностью, он того стоит...

   Два раза в год во двор выносили большие хлопающие ковры и расстилали их на лужайке, где они были совсем не к месту и казались какими-то необитаемыми. Потом из дома выходили мама и бабушка, в руках они несли как будто спинки красивых плетеных кресел, что стоят в парке у павильона с газированной водой. Каждому вручали такой жезл с широкой плетеной верхушкой, и все — Дуглас, Том, бабушка, прабабушка и мама — становились в кружок над пыльными узорами старой Армении, точно сборище ведьм и домовых. Затем по знаку прабабушки — едва она мигнет или подожмет губы — все вскидывали цепы и принимались без передышки молотить ковры.

— Вот тебе, вот, — приговаривала прабабушка. — Бейте блох, мальчики, не жалейте и вшей!

— Ну что ты такое говоришь! — укоризненно замечала ей бабушка.

Все смеялись. Вокруг бушевала пыльная буря, и смех переходил в кашель.

Вихри корпии, струи песка, золотистые хлопья трубочного табака взвивались в воздух и трепетали, подбрасываемые все новыми и новыми ударами. Останавливаясь, чтобы передохнуть, мальчики видели следы своих башмаков и башмаков взрослых, тысячу раз отпечатавшиеся на узорах ковра, — восточный рисунок то исчезал, то появлялся вновь вместе с мерным прибоем ударов, что омывал его берега.

— Вот тут твой муж пролил кофе. — И бабушка ударила по ковру.

— А здесь ты пролила сметану, — И прабабушка выбила из ковра огромный столб пыли.

— Смотрите, тут весь ворс вытоптан. Ах, ребята, ребята!

— А вот чернила, прабабушка!

— Глупости! У меня чернила лиловые, а это обыкновенные, синие. Хлоп!

— Посмотрите, какую дорожку протоптали, — это из прихожей в кухню. Ох уж эта еда! Она даже львов ведет на водопой. Давайте-ка повернем его другим боком.

— А может, просто запереть все двери и никого не впускать?

— Или пусть разуваются еще в прихожей!

Хлоп, хлоп!

Наконец ковры развешаны на веревках. Том разглядывает узор — хитроумные петли и переплеты, цветы, какие-то загадочные фигуры, разводы и змеящиеся линии.

— Том, ты что стоишь? Выбивай!

— Занятно все-таки видеть всякие вещи, — говорит Том. Дуглас подозрительно смотрит на него.

— Что ты там увидел?

— Да весь город, людей, дома, вот и наш дом — Хлоп! — Наша улица! — Хлоп! — А вон то, черное, — овраг. — Хлоп! — Вот школа. — Хлоп! — А вот эта чудная закорючка — ты. Дуг! — Хлоп! — Вот прабабушка, бабушка, мама… — Хлоп! — Сколько же лет пролежал у нас этот ковер?

— Пятнадцать.

— И целых пятнадцать лет по нему топали! Даже видны отпечатки башмаков! — ахнул Том.

— Силен ты болтать, парень, — сказала прабабушка.

— Тут видно все, что случилось у нас в доме за пятнадцать лет. — Хлоп! — Конечно, это все прошлое, но я могу и будущее увидать. Вот сейчас зажмурюсь, а потом — р-раз! — погляжу на эти разводы и сразу увижу, где мы завтра будем ходить и бегать.

Дуглас перестал размахивать выбивалкой.

— А что еще ты там видишь?

— Главным образом нитки, — вставила прабабушка. — Тут только и осталась одна основа. Сразу видно, как его ткали.

— Верно, — загадочно сказал Том. — В эту сторону нитки и в ту тоже. Я все вижу. Черти рогатые. Грешники в аду. Хорошая погода и плохая. Прогулки. Праздничные обеды. Земляничные пиры. — Он с важным видом тыкал выбивалкой то в одно, то в другое место ковра.

— Да по-твоему выходит, что я держу тут какой-то пансион, — сказала бабушка, вся красная и запыхавшаяся.

— Тут все видно, хоть и не очень ясно. Дуг, ты нагни голову набок и зажмурь один глаз, только не совсем. Конечно, ночью видно лучше, когда ковер в комнате, и лампа горит, и вообще. Тогда тени бывают самые разные, кривые и косые, светлые и темные, и видно, как нитки разбегаются во все стороны: пощупаешь ворс, погладишь, а он как шкура какого-нибудь зверя. И пахнет как пустыня, правда-правда. Жарой пахнет и песком — наверно, так пахнет каменный гроб, где лежит мумия. Смотри, видишь красное пятно? Это горит Машина счастья!

— Просто кетчуп с какого-то сандвича, — сказала мама.

— Нет, Машина счастья, — возразил Дуглас, и ему стало грустно, что и тут она горит. Он так надеялся на Лео Ауфмана, уж у него-то все пойдет как надо, он всех заставит улыбаться, и каждый раз, когда земля, повернувшись от солнца, накренится к черным безднам вселенной, маленький гироскоп, который сидит у Дугласа где-то внутри, станет поворачивать к солнцу. И вот Лео Ауфман что-то там прошляпил — и осталась только кучка золы да пепла.

Хлоп! Хлоп! Дуглас с силой ударил выбивалкой.

— Смотрите, вот Зеленый электрический автомобильчик! Мисс Ферн! Мисс Роберта! — сказал Том. — Би-ип! Би-ип!

Хлоп!

Все рассмеялись.

— А вот твои линии жизни, Дуг, они все в узлах. Слишком много кислых яблок! И соленые огурцы перед сном!

— Которые? Где? — закричал Дуглас, всматриваясь в узор ковра.

— Вот эта — через год, эта — через два, а эта — через три, четыре и пять лет.

Хлоп! Проволочная выбивалка зашипела, точно змея.

— А вот эта — на всю остальную жизнь, — сказал Том. Он ударил по ковру с такой силой, что вся пыль пяти тысяч столетий рванулась из потрясенной ткани, на мгновенье замерла в воздухе, — и пока Дуглас стоял, зажмурясь, и старался хоть что-нибудь разглядеть в переплетающихся нитях и пестрых разводах ковра, лавина армянской пыли беззвучно обрушилась на него и навеки погребла его на глазах у всех родных…

Миниатюрный текинский ковер

   Идея создания миниатюрного текинского ковра, поселилась в моей голове уже давно, но потребовалось практически полгода, чтобы она созрела до своего воплощения.

   Я очень неравнодушна к текинским коврам. Текинские ковры - самые распространенные и знаменитые из туркменских ковров. Их история насчитывает самое малое - века, и не побоюсь сказать, тысячелетия.   Неповторимое очарование гёлей, просто завораживает. Гёль – декоративный элемент, геометрической, очень часто восьмиугольной формы. Возможно, ведет свое происхождение от растительного орнамента. Вариантов происхождения и обозначения гёлей, очень много. У каждого туркменского племени свой гёль, поэтому они так разнообразны: айна гёль, дырнак гёль, мемлинг-гёль, чемче гёль и много других. 

Существует много различной литературы о туркменских коврах и она стоит того чтобы ее прочесть и познакомиться с такими прекрасными и удивительными туркменскими коврами, о которых когда-то писали, что они сотканы из тайны.

   В силу того, что на миниатюрном ковре достаточно не просто изобразить всю широту и глубину текинского ковра, я сделала упор на основной элемент – гёль, и попытку передать традиционную цветовую гамму – разнообразные красные оттенки, синие и слоновой кости, (вся гамма ковров намного шире). В итоге получилась, мое видение текинского ковра в миниатюре

 

   Уже пару дней как начала вышивать, поэтому пока совсем немного получилось

   Вышиваю на кремовой 18 аиде, нитками от ПНК им. Кирова, они мне очень нравятся. Вышивку миниатюрных ковров всегда начинаю с бордюров, причем вышиваю  по всему периметру,  мне так легче, потом меньше считать приходиться, вроде как все и так происходит во внутреннем поле :). В начале всегда делю канву на квадраты, использую простой карандаш, жалко мне переплачивать деньги на канву с нанесенными квадратами. Использую твердый карандаш и очень деликатно рисую, пока не было проблем с тем, чтобы при стирки он не смылся Такой вот, маленький процесс. 

    В планах: соткать миниатюрный ковер по этой схеме. То есть, хотелось бы в итоге получить два миниатюрных ковра: вышитый и тканный.

Древо жизни. Финал

    Мой самый продолжительный, на сегодняшний день, долгострой - закончен. Весь процесс занял  практически 4 месяца, 2 из которых дерево "вырастало" лежа на полке. И вот наконец

   Я очень рада, что вопреки всему, хватило терпения закончить вышивку. Пришлось изрядно поковыряться с бекстичем, даже и не думала, что он столько времени займет, три дня - вот где было искушение не сейчас заканчивать. Когда начинала вышивку, в июне, думала, что сделаю как предложено в журнале, подушку, но закончив, наш семейный коллективный разум, решил повесить на стенку в рамку, так привыкли уже к долгострою, что на подушку, жалко.

   
   Когда все постирала и погладила, то взглянула новым взглядом и сама себе удивилась, почему выбрала серую канву для такого яркого дерева. Но что сделано, то сделано. В общем и целом - очень довольна результатом.